 С отцом Илларионом мы знакомы несколько лет. Будучи помощником эконома Псково-Печерского монастыря и совершая необходимые при таком послушании поездки, иеромонах Илларион неоднократно приезжал в Самару. Бывал он и в храме в честь преподобного Сергия Радонежского, где принимал участие в богослужениях. Поэтому многие прихожане знают и любят его. Осенью 2002 года отец Илларион в течение месяца служил полковым священником в Чечне.
- Отец Илларион, раньше мы знали вас как помощника эконома Псково-Печерского монастыря. Как получилось, что Вы оказались в Чечне? - Это произошло так. Командир отряда спецназа города Печеры обратился к наместнику нашего монастыря с просьбой предоставить священника для командировки в Чечню. Отряду, куда он должен был входить, предстояло находиться там шесть месяцев. Наместник и командир единодушно решили, что отправиться в Чечню священник может только добровольно. И нескольким иеромонахам в случае их согласия была предложена месячная командировка в Чечню. В том числе и мне. Я согласился. Со мной отправился раб Божий Александр, который выполнял послушание псаломщика. - Что Вы можете сказать о наших воинах? На Ваш взгляд, востребован ли в современной армии полковой священник? - Конечно, востребован. И опыт нашей командировки это засвидетельствовал. Из всех отрядов, которые в это время находились в Чечне, только в нашем был по сути дела полковой священник. У нас была палатка-часовня, куда в любое время мог прийти каждый боец, чтобы исповедаться, помолиться, да и просто поговорить, попить чаю. К нам обращались солдаты из других отрядов, и их командование планирует в будущем пригласить к себе полкового священника. Мы там нужны. Нашим ребятам было очень важно осознать, что когда они уходят на задание в горы, постоянно рискуя своей жизнью, их кто-то ждет, за них молятся, и в этой близости к смерти они не одни, с ними Господь. Каждый выход отряда на боевое задание по сложившейся традиции сопровождался напутственным благословением, молебном и окроплением воинов святой водой. Кроме того, мы каждому солдату раздавали перед боем небольшие иконочки и шоколадки. И даже неправославные воины с благодарностью принимали окропление святой водой и наши маленькие сладкие подарки. В нашем отряде ребята гибли значительно реже, чем в других. - Что на войне самое трудное, какие там бывают радости? - На войне много трудностей и радостей. Скажем, непросто в походных условиях было испечь просфоры, отслужить Божественную литургию, но зато было так радостно увидеть, с каким чувством молятся и причащаются наши ребята. Они поначалу стеснялись будить нас ночью, чтобы получить благословение, когда уходили на боевое задание или в разведку. Но мы всегда были готовы исполнить свой долг. Нам с послушником Александром пришлось осваивать монашескую жизнь в походных условиях. Но это ни в какое сравнение не идет с тем, что испытывали наши солдаты. Ночью и днем, в любую погоду: в дождь, грязь и слякоть - они уходили в горы на несколько дней, обходясь на задании сухим пайком. Но и радости было много. Радовало то, что все вернулись живы и здоровы, что кто-то решил креститься, что относятся они друг к другу, как и полагается христианам. В таких условиях нет места подлости. Их взаимоотношения - это настоящее братство, подлинная мужская дружба и постоянная взаимовыручка. - Как местные жители относятся к русским военным? - С местными жителями нам общаться почти не приходилось. Отряд располагался в ущелье, в удалении от населенных пунктов. Но случалось, что "мирные" днем чеченцы ночью становились боевиками. Хотя это и не исключало благожелательного отношения к военным. Сейчас говорят о восстановлении мирных процессов в Чечне, но осенью прошлого года, когда мы там были, боевые действия шли полным ходом. Хватало и боевиков, и военных баз. Однажды произошла вылазка из Панкисского ущелья. Там очень четко чувствуется специфика этой войны: ее причины находятся либо в Москве, либо за пределами страны. - Что Вам больше всего запомнилось из поездки в Чечню? - Все запомнилось. Это вообще незабываемые дни. Там время идет по-особому. Каждый день запечатлевался в памяти и сердце четко, ясно и прочно. Так что я все хорошо помню.
Беседовала Ольга Щербак "Православная народная газета"
|
